Вода, которую, все же нужно прочесть.

[Chessmaster]

Ночь. Луна и звездное небо, а у дороги – два спортбайка, ну, таких, самых охренительных спорта, какие вы только можете себе представить, стоящих на обочине. Они припаркованы рядом, один черный, а другой – белый. На них сидят байкеры, в комбинезонах, которые имеют также, белый и черный цвет. Один байкер сидит, опираясь руками на бак, другой же, «белый» расправив спину, сидит ровно, поставив одну ногу на землю… будем называть их «черный» и «белый». И, кое-кто, наверное, поймет, кто оба этих байкера, а кто не поймет... Ну и ладно.

Белый: и все же, знаешь – ты не свободен, Марк. Точнее, твоя свобода не постоянна. Свободен ты, лишь тогда, когда на тебе одет этот шлем, скрывающий твое лицо. Когда на тебя никто не оглядывается, когда очередной человек не желает взять у тебя автограф. Ты лучше меня это знаешь, именно по этой причине, ты все чаще стал оставлять свой Харлей в гараже. Чтобы почувуствовать свободу. Хотя бы на время. Ты не свободен, потому что ты, Марк Кэлвей, однажды выбрал дорогу популярности и тебе уже нет пути назад. Скажем так – ты силен. Ты имеешь вес в обществе несвободных людей. Огромный вес. Но это… Это не свобода, Марк.

Черный: возможно. Скорее всего, ты прав.

Белый: Хиро, похоже, не будет принимать твое предложение… Так что, ты будешь сражаться с Форсом в «Аду в клетке»? Ты будешь сражаться… за титул?

Черный: а что, этого хочешь ты? Пожалуйста, я могу уступить тебе свое место, я могу сделать так, что ты на нем окажешься, но я ведь знаю, что тебе это не нужно. И знаешь что – я не могу понять, зачем это нужно МНЕ. Я уже все сделал. Титул, доказательство того, что я смогу уложить его на лопатки – мне это не важно. Передо мной ложились многие, кто дал бы Форсу большую фору. Титулы – жалкий кусок металла, который ничего не значит. И… черт подери, я не знаю, зачем мне этот матч!

Белый: матч ради матча, неужели, в тебе совсем умер боец? Матч, ради матча против Брута Форса, а не Брута Форса с Полом Хейманом! Матч, ради борьбы. Как бы Форс не выебывался, какую бы роль он не изображал и кем бы он не являлся – он… просто соперник. Его воля, против твоей воли – и чья воля окажется сильнее? Матч ради того… чтобы лишить Форса свободы!

Черный: свободы?

Белый: свободы… и его маски. То, что я никогда, ни за что, ни при каких условиях не поставлю на кон, потому что свободу нельзя ставить на кон. Это может сделать только тот, кто может заглянуть в будущее, но… Я этого не умею делать.

Черный: я не буду предлагать ему ставить на кон маску. Мне не нужна его маска. Мне не нужен его титул. Я даже не могу понять, зачем мне нужен этот матч… Разве что… Титул, хм…

Белый: титул? (удивленно спросил байкер)

Черный: а ты знаешь, у меня появилась идея. Черт подери, я знаю, зачем мне нужен этот матч и этот чертов кусок блестящий железяки железяки. Я ЗНАЮ! И этот матч будет! (тут, байкер немного успокоился и после паузы, заговорил вновь). Ты говорил мне, что напоследок, что-то дашь мне. Что это?

Белый: а, да, конечно, секунду (байкер снял с себя рюкзак и достал оттуда небольшую флешку). Здесь не так много. Пара видео, чуть-чуть текста и карт. Но этого тебе хватит, чтобы найти… Брута Форса за пределами камер. И не спрашивай, почему и как я нашел его. Не забывай, кто я.Ты же знаешь, что на все, у меня есть свои причины… Спасибо тебе, за прокат. Удачи, мы еще увидимся, я уверен.

«Белый» передал «Черному» флешку. Затем, надел свой рюкзак, байкеры попрощались, пожав, напоследок руки, после чего, «белый» укатил вдаль, а черный, проводив его байк взглядом, завел движок, развернулся и поехал в обратную сторону…

____________________________________________________________

И все, что описано, было в лучших традициях голливудских фильмов, в лучших традициях Гроссмейстера, который, сука, почти тут нихрена не сделал, но наследил и следить продолжает. Так вот, представьте себе такую картину: ночь, в окно, какого-то помещения светит луна. Это – почти мрак. Такой типичный, киношный мрак, в котором кое-что, но различимо, по той причине, что есть небольшой. На спиной к двери, сидит какой-то крупный мужчина, а рядом с ним, на столе, рядом с небольшим портативным телевизором, который показывает лишь помехи, от которых также слышится шума, который дает единственное освещение в комнате, лежит… маска? Может быть маска, а может нечто другое – просто автор текста, в темноте сам не может понять, что это такое. Может просто тряпка, а никакая не маска… И вдруг, раздается резкий удар в дверь – мужчина на стуле оборачивается, прекратив втыкать в телевизор, который нихрена не показывает, а затем отворачивается в обратку, после чего, дверь, словно ее замок, едва не выкорчевали к чертовой бабушке очередным ударом, открывается и в помещение входит крупный мужчина, в мотоспортивном экипе и черном шлеме, который он держит в правой руке… Он смотрит в спину человека, сидящего неподалеку от него… Этот человек, стоящий в экипе – Гробовщик. Не такой, каким мы его привыкли видеть, но все же, именно он – Марк «Гробовщик» Кэлвей.

Гробовщик: Форс… ну здравствуй, Форс. Я нашел тебя. Ты можешь скрываться от общества вечно, но… Но, видимо, все скрытое, когда-то становится явным. Ты можешь прятаться за маской, но кем бы ты не был – ты останешься человеком. Человеком, как и каждый из нас. Со своими странностями, со своими страхами и сильными сторонами. ЧЕЛОВЕКОМ. И знаешь что, в моей жизни был человек, который позиционировал себя, как «монстра». Но для меня он всегда был и будет ЧЕЛОВЕКОМ. И всегда, когда я с ним говорил – он был человеком для меня. И плевать мне, что кто-то считал его монстром, клоуном или еще кем то. Его зовут Кейн и ты очень похож на моего брата… Лет, где-то десять, если не больше, назад. С одним отличием – ХЕЙМАН! Моему брату не нужен был никто и его делу не мешал НИКТО. Мы с тобой сошлись на ринге. Один на один. Лицом к лицу. После того, как было брошено много слов, был разбит мой байк. Наконец то, мы оказались там, где должны были оказаться и закончить всё. Но Хейман помешал нам. Человек, с твоей стороны, помешал тебе, помешал мне, помешал всем, не дав нам сражаться честно. Словно, испугался, ЧТО ТЕБЕ НЕ ХВАТИТ СИЛ ПОБЕДИТЬ МЕНЯ! Словно испугавшись, что в одиночку – тебе не победить Марка «Гробовщика» Кэлвея! Словно испугавшись, что его клиент потеряет титул, не поверив в своего подопечного, испугавшись за его имидж… Разве, это то, для чего тебе нужен Хейман? Чтобы… мешать тебе, Форс? Кажется, достаточно. Я сказал, всё, что хотел тебе сказать. Матч «ад в клетке» состоится, я выйду на матч против тебя. Один на один. Лицом к лицу. И знаешь, во что я чертовски хочу верить? Что ты окажешься БОЙЦОМ, таким же, как и я – рестлером, который сделает так, что более, никто не помешает нашему противостоянию завершиться. И не важно, кто победит в нем. Не важно, кто выйдет из ада победителем. Важно, что победитель, действительно окажется победителем. Важно лишь то, что будет закончено то, что начато, но для этого… Для этого, тебе придется сделать так, чтобы нам не помешал Хейман. И тогда уже, мы посмотрим, чья воля к победе, чья свобода – окажется больше и сильнее, Брут. Когда, наконец, окажемся лицом к лицу. Рестлер против рестлера. Боец, против бойца. Не чемпиона против претендента, слышишь? А Марк Кэлвей против Брута Форса!

Сказав эти слова, Гробовщик, «пошуршав» липучками, снял мотоперчатку с правой руки и… вытянул ее для рукопожатия, предлагая его Форсу. Что же ответит Форс? Нет, автор уверен, что не будет резкого включения света и «Снято!», что сидящий мэн – окажется совсем не Брутом Форсом (обоже, как банально это будет). Брут Форс и Гробовщик. Впервые. Один на один, в одном помещении, без камер, без посторонних лиц. Как два человека.

[Brute.Force]

Брутальный Силач встал со своего места. На дворе уже был закат, и по определенным причинам Гробовщик не мог увидеть лицо своего будущего противника без маски. Брут встал в шаге от Марка. Тот все еще не опускал кисть, облаченную в перчатку. Форс еще немного постоял, после чего сжал руку своего будущего соперника. Послышался хруст материала перчатки и сдержанный выдох Кэлвея. Гигант сжал её крепко, и Гробовщик сразу почувствовал хватку истинного Чемпиона, настоящего бойца. После такого уже не нужны дополнительные фразы и ужимки. Все можно было прочитать в этом рукопожатии. Марк увидел блеск на затенённом лице Силача. Брут слегка потряс руку Кэлвея, после чего ослабил хватку. Марк спокойно опустил руку, похоже, довольный таким исходом. Сквозь затенённое лицо Кэлвей увидел глаза. Он не видел их до этого. Возможно, они были закрыты, а может быть, был какой-то другой секрет… С зелеными насыщенными зрачками эти глаза поблескивали, выражая уверенность и умиротворенность. Они очень внимательно следили за уже немолодым Кэлвеем, который был олицетворением целой эпохи. Брут не считал себя олицетворением своей эпохи, но Гробовщик почему-то подумал об этом. Спокойным, но очень живым, не машинным голосом с легкой хрипотцой Брутальный Силач ответил:

- Ты можешь меня ассоциировать с кем угодно. С Кейном или кем-то другим… Но я не похож ни на кого, я как и любой человек индивидуален. Брутальный Силач – это моё внутреннее мироощущение, моя страсть, то, что заставляет менять жить. И все то, что в рамках моего «другого Я», может отличаться от того, что думаю я. Эта личина не будет раскрыта. Просто потому, что я не хочу этого, как бы ты не пытался что-то выяснить. Мир не будет знать простого мужчину, каковым являюсь я. Зато все будут знать Брутального Силача. И это будет правильно… Пол Хейман – замечательный человек, которого я уважаю. Мне неприятно было видеть ваши разборки с ним. Поэтому я отстранился от него, чтобы он понял, что его помощь Бруту сейчас не нужна. А Марк должен был понять, что ему нужен Брут, а не Хейман. Но понял он это только через месяц… Я не в обиде на Хеймана, мне не жалко спорного результата нашего матча, я не в обиде на то, что тебе слил информацию о моем местонахождении другой… Но я знаю, кто этот другой. Мир индифедераций очень узок, поэтому никто не застрахован от раскрытия личности. Чекмейт – такая же темная личность, как и я. Ему тоже приятней находиться в своем образе. Он понимает, что двойственность личности дает одному – свободу, а другому – самореализацию. Это однажды и объединило меня с этим человеком. И разъединило… Возможно, знакомство с ним, знание его черт характера поможет тебе в бою против Брутального Силача. Но это маловероятно… Здесь мы больше не увидимся. Готовься к матчу, Марк… И не отвлекайся ни на что.

Тень отвернулась. Гробовщик все также стоял прямо. Через секунду погас телевизор, и надоедливое шипение закончилось. В единственное окно ударили последние лучи закатывающегося солнца. Брутальный Силач подошёл к столу и нежно взял маску. Под маской были какие-то ключи, которые с бренчанием полетели в карман джинс рестлера. Брут повернулся к выходу, а Марк успел заметить щетину на скуле своего будущего оппонента. Чемпион вышел вон, оставив за собой едва заметную щелку. Последние солнечные блики иссякли и, комната погрузилась в тьму. Гробовщик пошёл к двери и настежь открыл её. Его соперник уже успел ускользнуть из виду, словно тень. Без шороха, незаметно и преспокойно.