The Right Way
Добавлено: 15 янв 2015, 22:58Периодические громкие выдохи разряжали тишину в тренажерном зале, сопровождая каждый толчок штанги от груди юного «Росомахи».
Д.М. – Давай, давай, еще три раза!
Произнес Дин Маленко, стоя над выполняющим упражнение Дэвидом, контролируя процесс тренировки.
Д.Б. – Мне еще раз вытолкнуть…
В паузе между подъемами штанги, произнес Дэвид и сделал еще два подъема, как казалось из последних сил, но Маленко не позволил Бенуа опустить штангу на держак, произнеся:
Д.М. – Еще раз! Д.Б. – Дин…
Д.М. – Я сказал еще раз! (утвердительно произнес Маленко)
Д.Б. – Но… (казалось на последнем вздохе, выдавил из себя Бенуа)
Д.М. – Ты можешь! Пошел!
Дикий рев раздался по помещению вместе с которым Дэвид толкнул штангу от груди еще раз, после чего Маленко подхватил ее и помог Бенуа поместить ее на место.
Д.Б. – Твои тренировки, Дин… (тяжело дыша говорил Дэвид) Они меня доканают…
Д.М. – А ты думаешь, что я и твой отец не прошли через все это? Раньше все было проще в том плане, что у нас не было тех, кто заставлял нас работать. Пойми меня правильно Дэвид, но сейчас каждого молодого рестлера надо заставлять работать каждый день ради его же блага. Ты конечно исключение из правил, но вот такие моменты, когда ты можешь сделать еще пару толчков штанги от груди, нельзя позволять себе расслабляться и жалеть себя. Надо жать эту чертову штангу из последних сил, так, как не делают другие, что и делает тебя сильнее них. Дисциплина — это выполнение работы, которую ты ненавидишь, так, будто ты ей наслаждаешься.
Дэвид улыбнулся, и прислонил полотенце к лицу, вытирая капли пота, а Дин тем временем присел напротив Бенуа, донося молодому таланту истину.
Д.М. - На ринге, как и во всем этом бизнесе никто тебя никогда не пожалеет. Никто не скажет тебе, ладно, парень, сегодня не вышло, приходи завтра, может ты покажешь себя лучше. Старая школа была такова, что каждый из нас понимал, что если ты не будешь работать каждый день, то ты лишишься мечты, а вместе с тем и работы, которая кормит твою семью. Помню, как твой отец работал на ринге в подземелье Стю Харта и старина как-то после очередной шестичасовой тренировки, сказал: «Если он будет продолжать в том же духе, он рано или поздно станет чемпионом.». Так и случилось спустя некоторое время, когда Крис отправился выступать в Японию. Секрет в том, чтобы дружить с теми, кто лучше, и тренироваться с тем, кто сильнее. Любить того, кого нельзя, и не сдаваться там, где сдаются другие. Рестлинг он таков… Сначала тебя не замечают, затем над тобой смеются, затем с тобой борются, затем ты побеждаешь и тебя уважают. В этом плане твой отец в совершенстве владел искусством психологического воздействия на оппонента. Он, входя в раздевалку либо ступая на ринг одним своим видом внушал страх противникам, что позволяло получить дополнительное преимущество в бою. Виллейн не первый на твоем пути, кто пытается спрятать свой страх перед фанатами, перед руководством, перед самим собой в конце концов. Клод прекрасно понимает, что в ассоциации появился человек, которому подвластно многое, возможно даже очень многое, то, чего самому Клоду добиться еще не удавалось. Ты сам представь себе это, тренируешься, становишься частью стен раздевалки федерации за годы пребывания в ее ростере, строишь свой путь наверх, но тут приходит парень, который может отобрать твою мечту всего за месяц после своего дебюта. Виллейн хорош, но он не идеален, он может говорить что угодно, но, когда вы выйдите на ринг, там не будет места для разговоров, вы окажетесь один на один. Будь смелым и уверенным в каждом своем движении. Пусть каждая твоя мысль по ходу матча будет подхвачена твоим телом. Сконцентрируйся на своем сопернике, как только услышишь гонг, представь, что вокруг нет никого, есть только ты и он, и работай. А когда станет трудно и ты почувствуешь, что сил больше нет и каждый удар Клода будет казаться тяжелым, терпи, прислушайся к трибунам, которые поддерживают тебя, вспомни ради чего ты здесь, расправляй плечи, поднимай голову и направляйся за своей мечтой. Тебе по силам отправить Виллейна в самый глубокий нокаут в его жизни. Никогда не отказывайся от мечты, кто бы тебе чего не говорил, никто кроме тебя не знает на что ты способен.
Дэвид внимательно слушал своего наставника, и когда тот сделал паузу, Бенуа сказал, глядя в глаза Маленко.
Д.Б. - Я был подростком, когда начал тренироваться, ты знаешь это, Дин. Моей единственной целью является быть лучшим в мире. Когда люди говорят о моем отце, многие из них скажут: «Он был самым техничным рестлером в мире» и тому подобные вещи, и я хочу, чтобы люди говорили обо мне так же.
Д.М. – Все в твоих руках, Дэвид. Каждый человек творец своей судьбы.
Д.Б. – Каким был мой отец в начале своего пути, Дин? Какой философии он придерживался?
Этот вопрос Дэвид задал с таким взглядом, какой бывает у сына, который мало застал при жизни своего отца. Дин уловил этот взгляд и решил поведать сыну своего покойного друга то, каким он помнил Криса.
Д.М. - Тренером твоего отца был крутой парень. Стю Харт был убежденным сторонником того, что ты в своем сознании должен быть тем, кем ты хочешь стать. Если ты хочешь стать чемпионом мира по рестлингу в тяжелом весе, тебе надо начать жизнь чемпиона мира в тяжелом весе. Твоему отцу было только восемнадцать лет, но он был убежденным сторонником философии Стю. Постоянно тренироваться, все просчитывать, как римский гладиатор, мысленно находиться в состоянии постоянной борьбы, внешне оставаясь спокойным и расслабленным. Мне всегда казалось, что твой отец мыслил так всю свою жизнь. Как будто он всегда был готов взорваться и поставить на место тех, кто посмел как-либо обидеть его либо дорогих ему людей. Я очень уважал твоего отца, мы с ним не раз оказывались бок о бок в трудные времена и всегда находили выход из сложившихся ситуаций. Со временем ты так же обретешь друзей в этом бизнесе, с которыми вы пройдете долгий путь, в ком-то ты разочаруешься, а кто-то станет тебе, как брат.
Д.Б. – У моего отца был какой-либо ритуал перед матчем или что-то подобное?
Д.М. – Ну да. Все началось с ECW, когда один из букеров предложил Крису разминать кулаки в его промо, это случилось практически сразу после матча твоего отца против Сабу, в котором тот неправильно принял прием и повредил шею. Твой отец кстати очень переживал по этому поводу, не мог выходить на ринг пока не узнал, что с шеей Сабу все в порядке и он сможет выступать на ринге. Так вот. Крис разминал кулаки и потирал руки в своих промо в ECW после чего его прозвали «The Crippler». Он привязался к этому движению и стал повторять его словно ритуал перед каждый выходом на ринг, он стоял за кулисами и ожидая своего выхода, разминал кулаки, до тех пор, пока в зале не звучала его музыкальная тема. Почему ты спросил об этом?
Д.Б. – Я не знаю с чего все это началось, но когда я выхожу из раздевалки, за пять минут до боя, я встряхиваю руки, я сжимаю пальцы, чтобы мои кулаки были жестче. Когда я иду к рингу, мне страшно, я боюсь реакции фанатов. Я боюсь проиграть, боюсь быть униженным. Но я уверен в себе. Чем ближе к гонгу, тем я увереннее. Во время тренировок я боюсь соперника. Я думаю, что он сможет побить меня. Я представляю, как он бьет меня. Чем больше я доминирую на ринге по ходу матча, тем больше моя уверенность в себе. На ринге я могу все. Никто не сможет побить меня. С этой мыслью я провожу каждый свой матч. Когда я на ринге, я не свожу глаз с соперника. Когда он готов, я не могу дождаться момента, когда он начнет бить меня. Я смотрю на него. Когда я увижу дыру в его защите, бум, он будет потрясен, и я буду знать, что он мой. Когда он подойдет к центру ринга, он будет смотреть на меня пронзающим взглядом. Но он совершил ошибку, когда опустил глаза. И я знаю, что он мой. Он будет биться изо всех сил в течении первых двух или трех минут, но я знаю, что сломал его дух. Во время боя я глубоко уверен в себе. Я жду, когда он промахнется и я смогу контратаковать. Я ударю его очень сильно. Я буду бить его снова и снова, до тех пор, пока не услышу победный гонг.
Дэвид рассказывал о своем ритуале перед боем весьма увлеченно, а Дин так проникся словами своего ученика, что сам представил какого это и на его лице появилась улыбка, которая означало только одно. По мнению Маленко, Дэвид был готов к матчу против Виллейна ровно на столько, на сколько только можно быть готовым к матчу, который может пройти под лозунгом «Все или ничего».
Д.М. – Правильный настрой, парень. Так держать!
Гордясь своим учеником, твердо и уверенно произнес Дин, что вернуло Дэвида в реальность, отрывая его от психологической работы с самим собой. Бенуа поднял свои глаза на Маленко, его взгляд стал увереннее, он чувствовал, что идет по верному пути. Но больше мыслить времени не было, так как Дин поднявшись со скамьи, сказал:
Д.М. – Ну а теперь пора вернуться к работе, ведь для этого мы здесь. Let’s Go, Kid!
Произнес Маленко улыбнувшись, призывая Дэвида к пятикилометровой пробежке по довольно большому тренировочному залу.
Д.М. – Давай, давай, еще три раза!
Произнес Дин Маленко, стоя над выполняющим упражнение Дэвидом, контролируя процесс тренировки.
Д.Б. – Мне еще раз вытолкнуть…
В паузе между подъемами штанги, произнес Дэвид и сделал еще два подъема, как казалось из последних сил, но Маленко не позволил Бенуа опустить штангу на держак, произнеся:
Д.М. – Еще раз! Д.Б. – Дин…
Д.М. – Я сказал еще раз! (утвердительно произнес Маленко)
Д.Б. – Но… (казалось на последнем вздохе, выдавил из себя Бенуа)
Д.М. – Ты можешь! Пошел!
Дикий рев раздался по помещению вместе с которым Дэвид толкнул штангу от груди еще раз, после чего Маленко подхватил ее и помог Бенуа поместить ее на место.
Д.Б. – Твои тренировки, Дин… (тяжело дыша говорил Дэвид) Они меня доканают…
Д.М. – А ты думаешь, что я и твой отец не прошли через все это? Раньше все было проще в том плане, что у нас не было тех, кто заставлял нас работать. Пойми меня правильно Дэвид, но сейчас каждого молодого рестлера надо заставлять работать каждый день ради его же блага. Ты конечно исключение из правил, но вот такие моменты, когда ты можешь сделать еще пару толчков штанги от груди, нельзя позволять себе расслабляться и жалеть себя. Надо жать эту чертову штангу из последних сил, так, как не делают другие, что и делает тебя сильнее них. Дисциплина — это выполнение работы, которую ты ненавидишь, так, будто ты ей наслаждаешься.
Дэвид улыбнулся, и прислонил полотенце к лицу, вытирая капли пота, а Дин тем временем присел напротив Бенуа, донося молодому таланту истину.
Д.М. - На ринге, как и во всем этом бизнесе никто тебя никогда не пожалеет. Никто не скажет тебе, ладно, парень, сегодня не вышло, приходи завтра, может ты покажешь себя лучше. Старая школа была такова, что каждый из нас понимал, что если ты не будешь работать каждый день, то ты лишишься мечты, а вместе с тем и работы, которая кормит твою семью. Помню, как твой отец работал на ринге в подземелье Стю Харта и старина как-то после очередной шестичасовой тренировки, сказал: «Если он будет продолжать в том же духе, он рано или поздно станет чемпионом.». Так и случилось спустя некоторое время, когда Крис отправился выступать в Японию. Секрет в том, чтобы дружить с теми, кто лучше, и тренироваться с тем, кто сильнее. Любить того, кого нельзя, и не сдаваться там, где сдаются другие. Рестлинг он таков… Сначала тебя не замечают, затем над тобой смеются, затем с тобой борются, затем ты побеждаешь и тебя уважают. В этом плане твой отец в совершенстве владел искусством психологического воздействия на оппонента. Он, входя в раздевалку либо ступая на ринг одним своим видом внушал страх противникам, что позволяло получить дополнительное преимущество в бою. Виллейн не первый на твоем пути, кто пытается спрятать свой страх перед фанатами, перед руководством, перед самим собой в конце концов. Клод прекрасно понимает, что в ассоциации появился человек, которому подвластно многое, возможно даже очень многое, то, чего самому Клоду добиться еще не удавалось. Ты сам представь себе это, тренируешься, становишься частью стен раздевалки федерации за годы пребывания в ее ростере, строишь свой путь наверх, но тут приходит парень, который может отобрать твою мечту всего за месяц после своего дебюта. Виллейн хорош, но он не идеален, он может говорить что угодно, но, когда вы выйдите на ринг, там не будет места для разговоров, вы окажетесь один на один. Будь смелым и уверенным в каждом своем движении. Пусть каждая твоя мысль по ходу матча будет подхвачена твоим телом. Сконцентрируйся на своем сопернике, как только услышишь гонг, представь, что вокруг нет никого, есть только ты и он, и работай. А когда станет трудно и ты почувствуешь, что сил больше нет и каждый удар Клода будет казаться тяжелым, терпи, прислушайся к трибунам, которые поддерживают тебя, вспомни ради чего ты здесь, расправляй плечи, поднимай голову и направляйся за своей мечтой. Тебе по силам отправить Виллейна в самый глубокий нокаут в его жизни. Никогда не отказывайся от мечты, кто бы тебе чего не говорил, никто кроме тебя не знает на что ты способен.
Дэвид внимательно слушал своего наставника, и когда тот сделал паузу, Бенуа сказал, глядя в глаза Маленко.
Д.Б. - Я был подростком, когда начал тренироваться, ты знаешь это, Дин. Моей единственной целью является быть лучшим в мире. Когда люди говорят о моем отце, многие из них скажут: «Он был самым техничным рестлером в мире» и тому подобные вещи, и я хочу, чтобы люди говорили обо мне так же.
Д.М. – Все в твоих руках, Дэвид. Каждый человек творец своей судьбы.
Д.Б. – Каким был мой отец в начале своего пути, Дин? Какой философии он придерживался?
Этот вопрос Дэвид задал с таким взглядом, какой бывает у сына, который мало застал при жизни своего отца. Дин уловил этот взгляд и решил поведать сыну своего покойного друга то, каким он помнил Криса.
Д.М. - Тренером твоего отца был крутой парень. Стю Харт был убежденным сторонником того, что ты в своем сознании должен быть тем, кем ты хочешь стать. Если ты хочешь стать чемпионом мира по рестлингу в тяжелом весе, тебе надо начать жизнь чемпиона мира в тяжелом весе. Твоему отцу было только восемнадцать лет, но он был убежденным сторонником философии Стю. Постоянно тренироваться, все просчитывать, как римский гладиатор, мысленно находиться в состоянии постоянной борьбы, внешне оставаясь спокойным и расслабленным. Мне всегда казалось, что твой отец мыслил так всю свою жизнь. Как будто он всегда был готов взорваться и поставить на место тех, кто посмел как-либо обидеть его либо дорогих ему людей. Я очень уважал твоего отца, мы с ним не раз оказывались бок о бок в трудные времена и всегда находили выход из сложившихся ситуаций. Со временем ты так же обретешь друзей в этом бизнесе, с которыми вы пройдете долгий путь, в ком-то ты разочаруешься, а кто-то станет тебе, как брат.
Д.Б. – У моего отца был какой-либо ритуал перед матчем или что-то подобное?
Д.М. – Ну да. Все началось с ECW, когда один из букеров предложил Крису разминать кулаки в его промо, это случилось практически сразу после матча твоего отца против Сабу, в котором тот неправильно принял прием и повредил шею. Твой отец кстати очень переживал по этому поводу, не мог выходить на ринг пока не узнал, что с шеей Сабу все в порядке и он сможет выступать на ринге. Так вот. Крис разминал кулаки и потирал руки в своих промо в ECW после чего его прозвали «The Crippler». Он привязался к этому движению и стал повторять его словно ритуал перед каждый выходом на ринг, он стоял за кулисами и ожидая своего выхода, разминал кулаки, до тех пор, пока в зале не звучала его музыкальная тема. Почему ты спросил об этом?
Д.Б. – Я не знаю с чего все это началось, но когда я выхожу из раздевалки, за пять минут до боя, я встряхиваю руки, я сжимаю пальцы, чтобы мои кулаки были жестче. Когда я иду к рингу, мне страшно, я боюсь реакции фанатов. Я боюсь проиграть, боюсь быть униженным. Но я уверен в себе. Чем ближе к гонгу, тем я увереннее. Во время тренировок я боюсь соперника. Я думаю, что он сможет побить меня. Я представляю, как он бьет меня. Чем больше я доминирую на ринге по ходу матча, тем больше моя уверенность в себе. На ринге я могу все. Никто не сможет побить меня. С этой мыслью я провожу каждый свой матч. Когда я на ринге, я не свожу глаз с соперника. Когда он готов, я не могу дождаться момента, когда он начнет бить меня. Я смотрю на него. Когда я увижу дыру в его защите, бум, он будет потрясен, и я буду знать, что он мой. Когда он подойдет к центру ринга, он будет смотреть на меня пронзающим взглядом. Но он совершил ошибку, когда опустил глаза. И я знаю, что он мой. Он будет биться изо всех сил в течении первых двух или трех минут, но я знаю, что сломал его дух. Во время боя я глубоко уверен в себе. Я жду, когда он промахнется и я смогу контратаковать. Я ударю его очень сильно. Я буду бить его снова и снова, до тех пор, пока не услышу победный гонг.
Дэвид рассказывал о своем ритуале перед боем весьма увлеченно, а Дин так проникся словами своего ученика, что сам представил какого это и на его лице появилась улыбка, которая означало только одно. По мнению Маленко, Дэвид был готов к матчу против Виллейна ровно на столько, на сколько только можно быть готовым к матчу, который может пройти под лозунгом «Все или ничего».
Д.М. – Правильный настрой, парень. Так держать!
Гордясь своим учеником, твердо и уверенно произнес Дин, что вернуло Дэвида в реальность, отрывая его от психологической работы с самим собой. Бенуа поднял свои глаза на Маленко, его взгляд стал увереннее, он чувствовал, что идет по верному пути. Но больше мыслить времени не было, так как Дин поднявшись со скамьи, сказал:
Д.М. – Ну а теперь пора вернуться к работе, ведь для этого мы здесь. Let’s Go, Kid!
Произнес Маленко улыбнувшись, призывая Дэвида к пятикилометровой пробежке по довольно большому тренировочному залу.