Джоуи Стайлс стоит за кулисами, микрофон на готове, он качает головой.

- Дамы и господа, мой гость…Клод Вилейн.

Зал встречает это заявление дружным освистыванием, Вилейн появляется в своей боевой одежде, он берет микрофон у Стайлса.

- Джоуи, без прелюдий на сегодня, я предлагаю тебе удалиться. – Стайл лишь кивнул, буркнув себе под нос «Ну и ладно», и ушёл, Клод развернулся лицом в камеру. – Прошу за мной. – Клод сделал пару шагов в сторону из камеры, оператор последовал за ним, и Вилейн зашёл в свою раздевалку. Она была выполнена в желто-сиреневом цвете, в очень укромном месте стояло кресло, по форме и отделке напоминающий Викторианскую эпоху, рядом с креслом по левую сторону статуя Александра Великого, по правую сторону фараона Рамзеса Второго. Вилейн сёл в это кресло, он демонстративно закрыл глаза, поднёс микрофон на расстояние, которое ему было удобно, а затем…он открыл глаза, и взгляд его был направлен прямо в камеру. - Господа, дамы…Я…все чаще я слышу, от разных источников, что мне нравится война. Друзья мои, я официально заявлению…мне нравится война. Хотя нет…я ЛЮБЛЮ…войну. – Вилейн улыбнулся, английский акцент активно подчеркивался мимикой его бледного лица. – Я ЛЮБЛЮ Холокост (БУУУУУУУУУУ), я ЛЮБЛЮ Блитцкриг (БУУУУУУУУУУУУУУ). Я обожаю передовые, я люблю баррикады, укрепления, я люблю диверсионные операции, подрывные и партизанские отряды. Война…она может приспособиться к любому месту – на небе, в воздухе, в джунглях тропик, в ледниках Сибири, в Долине Гейзеров в Исландии, и я люблю каждый акт этой симфонии, которая играет на нашей земле…война. Моё сердце всегда полно радости, когда я вижу на экране своего телевизора, что снайперы прострелил головы врагам, когда солдаты штурмуют ставку противника, и нет ничего более прекрасного, чем наводить прицел на танке Tiger 88, чтобы уничтожать вражеские соединения. И то чувство…когда солдат выбирается из горящего танка, весь в крови, ему больно, он в жуткой агонии, он пытается выбраться к своим…но получает залп короткой очереди от пулеметчика, это чувство очень эксклюзивно. Война…она не меняется. Страны будут воевать, политики будет делать на этом имя, люди будут гибнуть…Война…не меняется. Война, она начинается с двух концов, есть 2 человека, один одет в одну форму, второй в другую, пустяковый конфликт и БАМ…тысячи убитых, перевороты, смерть, болезнь…Война. Господа, всё, чего я просил от вас – это войны, войны, которая покажет всем остальным, что АД есть лучшее место куда может спрятаться беззащитный гражданин. Война, это что МЫ должны иметь, без войны, никто не сможет чувствовать себя человеком, нам всегда нужен внутренний враг, либо внешний враг, чтобы мы смогли направить свой праведный гнев и попробовать чужой…крови. Война двух людей, может привести весь мир к краху, и поставить его на колени. – Вилейн встал со своего кресла и сделал несколько шагов. – Война…одно слово, но оно вызывает у всех мурашки по коже и страх, страх за себя, детей, родных…будущее, мать боится за сына, который уходит на фронт, а солдат боится за собственную жизнь…и только я смеюсь над этим…я люблю…Войну. - Вилейн разворачивается к камере, он заводит руки за спину и продолжает. – Сам Ад, на моей стороне, сами Фараоны и Цари питают меня своей силой, они дают мне мотивацию и стремление, мой вопрос к ТЕБЕ…друг мой…ты уверен, что сможешь забрать, мою…жизнь???

Вилейн улыбнулся, изображение начало темнеть и вовсе пропало.